Препараты ГПП-1 перед операцией по поводу перелома бедра не увеличили риск осложнений
30 октября опубликованы результаты, представленные на ежегодном конгрессе Ассоциации ортопедической травматологии (OTA) исследователями Бостонского медицинского центра.
Авторы оценили, как приём агонистов рецепторов ГПП-1 (семаглутида и аналогов) до травмы влияет на результаты хирургического лечения переломов проксимального отдела бедра. У пациентов, принимавших эти препараты, в течение 90 дней реже встречались пневмония, повторные госпитализации, обращения в приёмное отделение и летальные исходы, а частота осложнений сращения через год не увеличилась.
Вопрос практический: перелом бедра требует операции в течение 24–48 часов, а отменить препарат длительного действия заранее невозможно. Опасения касались аспирации во время анестезии и возможного влияния на заживление кости.
Результаты обнадёживают: приём ГПП-1 не должен становиться причиной откладывать срочную операцию. Но протокол анестезии у таких пациентов должен учитывать замедленное опорожнение желудка.
Цефазолин с гентамицином и цефтриаксон показали сопоставимую частоту инфекции при открытых переломах
27 октября на конгрессе OTA в Нэшвилле исследователи Университета Флориды представили сравнение двух схем антибиотикопрофилактики при открытых переломах нижних конечностей.
Одна группа пациентов получала при поступлении комбинацию цефазолина с гентамицином, другая — монотерапию цефтриаксоном. По основному показателю — частоте инфекции, связанной с переломом, — различий между схемами не выявлено.
Комбинация цефазолина и аминогликозида долго считалась стандартом при тяжёлых открытых переломах, но гентамицин несёт риск нефро- и ототоксичности и требует контроля. Цефтриаксон проще в применении и вводится один раз в сутки.
Если результаты подтвердятся в проспективных исследованиях, это может упростить протоколы оказания помощи при открытых переломах без потери эффективности профилактики.
Сохранение конечности после тяжёлой травмы у пожилых не повысило смертность по сравнению с ранней ампутацией
26 октября на конгрессе OTA специалисты Медицинской школы Университета Мэриленда представили данные о результатах лечения пожилых пациентов с травмами, угрожающими сохранности конечности.
Авторы сравнили две стратегии: сохранение конечности с пластикой лоскутами и раннюю ампутацию. Сохранение конечности не было связано с более высоким риском смерти в среднесрочной перспективе.
У пожилых пациентов этот выбор особенно сложен. Попытка сохранить конечность означает несколько операций, длительное лечение и риск осложнений, а ампутация — проблемы с протезированием и мобильностью, которые в этом возрасте могут быть тяжелее, чем у молодых.
По мнению авторов, с точки зрения выживаемости оба подхода могут быть приемлемы, а решение должно приниматься индивидуально с учётом функциональных целей пациента.
Интраназальный окситоцин перед операцией по поводу перелома изучили для профилактики острого стрессового расстройства
26 октября в JAMA Internal Medicine опубликовано рандомизированное клиническое исследование, в котором оценили, может ли интраназальный окситоцин перед операцией снизить риск острого стрессового расстройства у пациентов с травматическими переломами.
Тяжёлая травма и экстренная операция — сильный психологический стресс. У части пациентов в первые недели развивается острое стрессовое расстройство, которое повышает риск посттравматического стрессового расстройства и ухудшает восстановление.
Окситоцин рассматривается как возможное средство модуляции стрессовой реакции. Исследование проверило эту гипотезу в контролируемых условиях у пациентов, которым выполнялась операция по поводу перелома.
Работа отражает растущее внимание травматологии к психологическим последствиям травмы. Восстановление после перелома зависит не только от сращения кости, но и от эмоционального состояния пациента.
Stryker снизила прогноз на 2026 год из-за замедления рынка эндопротезирования
29 октября компания Stryker отчиталась за третий квартал и снизила прогноз на 2026 год: органический рост продаж теперь ожидается на уровне 6,5–7% вместо 8,3–9,3%.
Основная причина — эндопротезирование. Продажи эндопротезов коленного сустава выросли лишь на 1,1%, а тазобедренного — снизились на 1%. По оценке руководства, рынок эндопротезирования тазобедренного и коленного суставов растёт примерно на 2,5% в год — ниже исторических значений.
Генеральный директор Кевин Лобо связал замедление с ростом франшиз по страховкам, увеличением отказов в предварительном одобрении операций и ценовой доступностью для пациентов. Одновременно компания объявила о стратегической инвестиции в CMR Surgical и эксклюзивных правах на продажу робота Versius в США.
Через неделю о снижении прогноза из-за слабых продаж эндопротезов объявила и Smith+Nephew, что подтверждает общеотраслевой характер тенденции.
Мнение врача
Сулумов Заур Рамзанович
Врач высшей квалификационной категории, руководитель подразделения роботизированного эндопротезирования, один из ведущих специалистов России по роботизированному эндопротезированию с использованием робота MAKO, первый специалист, серийно внедривший сочетание доступа Рёттингера и роботизированной системы в России.
Для меня главная публикация этой недели — данные о приёме препаратов ГПП-1 у пациентов с переломом бедра. Число людей, принимающих семаглутид и аналоги, быстро растёт, и мы всё чаще встречаем таких пациентов в травматологии и при плановом эндопротезировании.
При переломе бедра время работает против пациента: каждая отсрочка операции увеличивает риск пневмонии, тромбозов и летального исхода. Поэтому важно, что приём ГПП-1 не связан с ухудшением результатов и не должен становиться причиной откладывать операцию. При этом анестезиолог обязательно должен знать о приёме препарата, так как он замедляет опорожнение желудка.
Интересно и сравнение схем антибиотикопрофилактики при открытых переломах. Если цефтриаксон действительно не уступает комбинации с гентамицином, это позволит уменьшить токсическую нагрузку у тяжёлых пациентов.
Отдельно отмечу отчёт Stryker. Замедление рынка эндопротезирования в США связано не с тем, что операции стали менее нужны, а с финансовыми барьерами для пациентов. Это напоминает, что доступность лечения не менее важна, чем его технологический уровень.
